Пройдет немного времени, и 35-летний Александр Корниенко, житель Овидиопольского района Одесской области, будет справлять невеселый 5-летний юбилей своего пребывания в тюрьме. То, что Корниенко находится за решеткой незаконно, понятно каждому, кто непредвзято ознакомится с этим делом. Но милиции и прокуратуре, с грубейшими нарушениями закона и тотальной фальсификацией дела засадившими Корниенко за решетку, естественно, не с руки признавать свою вину. А судьям, которые в своих решениях, фактически соглашаясь с защитой, в пух и прах разбили обвинение, не хватает гражданской смелости освободить невиновного. И этот порочный замкнутый круг отнимает у человека и его матери годы нормальной жизни, превратив ее в ад беззакония.
В мае 2011 года судья Овидиопольского районного суда Н. Куркан, возвращая уголовное дело на дополнительное расследование, потребовал, кроме расследования самого убийства, "также провести независимое, объективное расследование заявлений А. Корниенко и его матери Корниенко Е. И. о применении к Корниенко недозволенных методов досудебного следствия и ПРОВЕСТИ ТАКОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ ПОД КОНТРОЛЕМ ОБЩЕСТВЕННОСТИ". Это совершенно уникальное требование "под контролем общественности" является абсолютно законным по форме и сути. Другое дело - как провели такое расследование и провели ли вообще...
Потом, так сказать, расследовав, дело опять вернули в Овидиопольский районный суд. И в апреле 2013 года судья Е. Козырский выносит новое постановление о возвращении уголовного дела на дополнительное досудебное следствие. Вот в русле этого постановления и пойдет наш рассказ.
***
Александра Корниенко обвиняют в том, что 1 октября 2008 года, примерно в 23 часа, он, будучи в состоянии алкогольного опьянения, убил в поселке Великодолинское 17-летнего Максима Роту. Несчастный был полностью искромсан ножом, на его теле не было живого места - 33 ранения.
(При этом мать подсудимого убеждена, что многочисленные ранения убитому, в особенности ранения полового органа, могли быть нанесены в качестве мести убитому за определенные действия полового характера. У ее сына мстить Роте подобным образом никаких оснований не было. - Авт.)
Государственное обвинение утверждает, что Корниенко убил Роту в процессе ссоры, из мести. Кроме того, подсудимому вменяют, что он после убийства украл у своей жертвы мобильный телефон "Нокия".
Корниенко в ходе судебного разбирательства категорически заявил, что преступлений, в которых его обвиняют, не совершал и никакого отношения к ним не имеет. А в указанное время убийства он находился по месту своего жительства. Первоначальные же признания он сделал под физическим и психологическим воздействием тогдашнего начальника Великодолинского отделения милиции, других сотрудников милиции и родственников убитого, которые с разрешения сотрудников милиции якобы также избивали его.
Корниенко показал, что его допросы в качестве подозреваемого, обвиняемого, во время воспроизведения обстановки и обстоятельств события проводились следователем в присутствии сотрудников милиции, которые оказывали на него физическое и психологическое давление. Зато не было адвоката, которого вроде бы как ему предоставили. В начале этих следственных действий адвокат уходил, а потом только подписывал протоколы. Эти показания Корниенко подтверждаются просмотренными в ходе судебного заседания видеозаписями.
Суд установил, что признательные показания подсудимого, на которых основывается обвинение, находятся в существенных противоречиях с иными доказательствами по делу.
В "признательных показаниях" Корниенко описывал, что дождался, пока уснет мать, и вылез из своей комнаты через окно. В этот момент Рота ему снова позвонил и спросил, где он, на что Корниенко ответил, что уже идет. Они договорились встретиться на старом месте возле кургана, что за железнодорожными путями, отделяющими садовое общество, где живет Корниенко, от Великодолинского. Когда Корниенко подошел, Рота уже якобы там стоял и был один. По пути Корниенко Роте не звонил, так как на счету не было денег. В ходе якобы происходившего разговора Рота, имея ввиду бывшую девушку Корниенко, сказал: "Что ты с этой шлюхой общаешься? Эти русские - все шлюхи и проститутки". (Еще раз обращаем внимание читателей, что процитированная фраза, как и вся ситуация, судя по всему, плод писательских фантазий овидиопольских офицеров милиции. - Авт.). Корниенко спросил у Роты, отвечает ли тот за свои слова? На что Рота ответил, что всегда отвечает, и плюнул Александру в лицо. Корниенко ударил Роту кулаком, и понеслось...
Суд отмечает, что с момента, когда Корниенко покинул свой дом и поговорил по телефону с Ротой и до момента их встречи на кургане, иных телефонных разговоров между ними не было. С момента встречи и до начала конфликта прошло непродолжительное время, исчисляемое, скорее всего, минутами. За это время Рота по мобильному телефону ни с кем не разговаривал.
Последний телефонный разговор Роты с подсудимым был в 22.05.47 и длился 47 секунд. Последний разговор Роты со свидетелем Уманской происходил с 23.29.40 и длился 558 секунд (То есть примерно ЧЕРЕЗ ПОЛЧАСА ПОСЛЕ ТОГО, КАК КОРНИЕНКО ЯКОБЫ УБИЛ РОТУ. - Авт.). По мнению суда с момента последнего телефонного разговора между Корниенко и Ротой прошло более полутора часов, а расстояние между домом Корниенко и местом убийства не превышает одного километра. И это явно ставит под сомнение признательные показания Корниенко.
Итак, Уманская разговаривала с Ротой почти до 23.39.00. В очередной раз он разговаривал с ней тихо, при этом пояснил, что его родители спят, и он не хочет их будить. Через несколько минут Рота стал говорить обычным голосом, объяснив, что перелез через окно во двор и идет на встречу. Рота рассказал, что хочет покататься, потому что у человека должна быть машина. Уманская слышала, что когда Рота вышел со двора на улицу, то встретил своего родственника, предположительно дядю, так как обратился к тому с просьбой ничего не говорить родителям. Потом телефонное общение продолжилось, и Уманская поняла, что с Ротой кто-то находится рядом. Вместе они купили сигареты в каком-то магазине, при этом Рота в магазин не заходил. Рота рассказал, что курит сигареты "Кент", тонкие, в черной пачке. Потом Рота рассказал, что проходит мимо кладбища, затем он остановился, так как должен был кого-то дождаться. Было слышно, что Рота находится возле железнодорожного полотна, так как проехал поезд. Со слов Роты он должен был пробыть в этом месте минут сорок в ожидании встречи. Рота во время разговора был спокоен, смеялся. Потом в телефоне стали нажимать клавиши, и у Уманской создалось впечатление, что кто-то не знает, где в телефоне находится клавиша окончания разговора. Никаких других звуков собеседница не слышала. Разговор был закончен внезапно.
Анализируя ситуацию, суд пришел к выводу, что с момента, когда Рота покинул дом, и до момента его убийства рядом с ним находился какой-то мужчина, скорее всего, родственник, знакомый с его родителями и вхожий в семью Роты, и это был не Корниенко.
Суд отмечает:
"Досудебным следствием указанное лицо не устанавливалось, при этом оно может быть как свидетелем по делу, которое может дать важные показания о последних часах жизни Роты, или свидетелем-очевидцем убийства Роты, или лицом, совершим данное преступление".
Кроме того, продавец магазина "Женева" в Великодолинском рассказала, что 2 октября около восьми утра к ней приехали сотрудники милиции и показали фотографию парня цыганской национальности, которого убили недалеко от магазина. По этой фотографии она узнала парня, который заходил к ней в магазин вечером 1 октября и покупал маленькую бутылочку воды, СИГАРЕТЫ "КЕНТ", ТОНКИЕ, В ЧЕРНОЙ ПАЧКЕ и шоколад.
Об этом же парне рассказал и сын продавца.
Из совокупности свидетельских показаний трех человек суд "не исключает", что в вечер убийства Роты в районе магазина вместе с ним "находилось лицо цыганской национальности, имеющее общее сходство с Ротой, с похожими антропологическими данными. При этом необходимо отметить, что подсудимый Корниенко по внешнему виду не похож на "лицо цыганской национальности".
Но почему же Корниенко продолжает сидеть?!
Существуют в этом деле и другие обстоятельства, явно указывающие на то, что уж кому-кому, но не Корниенко, находиться за решеткой за это убийство.
(Окончание следует.)
Эфтехар ХАТАК,
президент Центра
международной правовой защиты.
Борис ШТЕЙНБЕРГ.
56 МЕСЯЦЕВ ЗА РЕШЕТКОЙ, 33 НОЖЕВЫХ, или
Может ли убитый разговаривать по телефону?
(Окончание. Начало в № 23.)
Одна из свидетельниц рассказала в суде, что ее невестка имеет в районе убийства дачный участок. Когда она шла туда, к ней подошла молодая женщина и спросила, часто ли невестка ходит этой дорогой и не находила ли она какой-нибудь нож. А на следующий день невестка на огороде, между деревьями, нашла кухонный нож. Его лезвие было изогнуто, ручка была пластмассовая темноватого цвета. Возле заклепок было видно загрязнение, похожее на кровь.
Вызванные сотрудники милиции изъяли этот нож, и он был приобщен к материалам уголовного дела в качестве орудия преступления. Суд отмечает, что разговор невестки с молодой женщиной цыганской национальности происходил через день после убийства М. Роты. Однако досудебным следствием никаких мер по установлению этой женщины не было принято, хотя вопросы к ней были. Например, почему она искала нож именно в этом месте? Да и, добавим, почему она вообще искала нож и какое имеет отношение к этой трагической истории?
Суд поставил под сомнение и следующий факт. В своих признательных показаниях Корниенко утверждает, что наутро продал в Ильичевске похищенный у убитого мобильный телефон некоему Славику. Причем Корниенко якобы не скрывал, что телефон ворованный. Тогда почему было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении этого Славика?
В суде пресловутый Славик рассказал, что никакого телефона у Корниенко не покупал, и вообще милиция не изымала у него (Славика) этот телефон.
Одним из важнейших доказательств виновности Корниенко досудебное следствие посчитало воспроизведение обстоятельств совершения убийства. Это следственное действие происходило 8 октября 2008 года. Однако суд отверг это доказательство и вот почему. Корниенко утверждает, что ему на месте сотрудник уголовного розыска рассказал и показал, что и как говорить на воспроизведении. Суд согласился с Корниенко. Оказалось, что с 7 до 10 часов утра 8 октября оперуполномоченный уголовного розыска забирал Корниенко из камеры для проведения следственных действий, о чем имеется запись в журнале вывода задержанных Овидиопольского райотдела. Следователь свидетельствовала в суде, что никаких поручений по проведению следственных действий с Корниенко, который числился за ней, она на это время никому не давала.
Также суд поставил под сомнение так называемое обнаружение по месту жительства Корниенко футболки с пятнами бурого цвета и мобильного телефона с наслоением вещества бурого цвета, оказавшимися следами крови человека. В протоколе обыска слова "со следами наслоения вещества бурого цвета" явно дописаны после составления протокола. Эта дописка не засвидетельствована подписями лиц, участвовавшими в проведении обыска.
Зато один из понятых рассказал суду, что в помещении при обыске находились около двадцати(! - Авт.) человек, все были в разных комнатах. Как находили телефон, он не видел. Кто-то вышел в коридор и сказал: "Вот, я нашел телефон". Пятен бурого цвета на телефоне свидетель не видел, зато видел, как один из сотрудников что-то дописывал в протоколе уже после подписей понятых.
Суд отмечает, что ни в материалах уголовного дела, ни в ходе судебного заседания не были установлены основания, по которым Корниенко задержали в качестве подозреваемого.
Также суд обращает внимание на то, что после последнего телефонного разговора Роты с Корниенко у Роты было еще два телефонных разговора с одним абонентом длительностью 122 секунды и 189 секунд. Досудебное следствие данного человека не устанавливало, хотя это могло иметь важнейшее значение для расследования уголовного дела.
Суд выразил обоснованное сомнение в объективности прокурорской проверки по поводу применения сотрудниками милиции незаконных методов следствия в отношении Корниенко.
Исходя из этих и других обстоятельств, в связи с неправильностью и неполнотой досудебного следствия суд признал невозможным вынесение приговора по данному уголовному делу и вернул его прокурору Овидиопольского района для проведения дополнительного досудебного следствия.
В то же время суд, фактически полностью отвергая доводы досудебного следствия, отказался изменить Александру Корниенко меру пресечения. Единственное основание не выпускать Корниенко из-под стражи - это то, что он обвиняется в совершении особо тяжкого преступления.
Но кем обвиняется Корниенко, неужели государством? Или все- таки теми, кому впору занять нынешнее место подсудимого?
***
4 июля (после многочисленных переносов) состоялось заседание Апелляционного суда Одесской области. Было подтверждено решение Овидиопольского районного суда. Уголовное дело направлено на досудебное расследование. Корниенко остается под стражей.
В ходе судебного заседания представителями потерпевшей стороны было заявлено, что Корниенко нельзя выпускать на волю из соображений его же собственной безопасности. Убийственный аргумент! Это что, намёк на самосуд?
...Пока вы читали эту статью, прошел уже и 57-й месяц нахождения Александра Корниенко под стражей. И это преступное деяние государства и его представителей продолжается на наших глазах
Эфтехар ХАТАК,
президент Центра
международной правовой защиты.
Борис ШТЕЙНБЕРГ.
